Тоталитаризм

Некоторые читатели услышав про репутацию и идентифицируемость в общественных местах (см. раздел «Репутация»), про ограничение рождаемости (см. раздел «Размножение») начинают подозревать меня в тоталитаризме. И это несмотря на то, что у меня постулируются права и свободы (см. раздел «Права сапиенса»), прямая демократия (см. раздел «Демократия = законодатель это граждане»), право на оружие (см. раздел «Оружие»), открытость государства (см. раздел «Открытость») и масса других принципов которые призваны защитить свободное общество. Даже своё видение правильной репутации и размножения я вывожу из прав и свобод индивидов.

Если этого не достаточно, чтобы снять с меня такие обвинения, то я прошу задуматься над тем в каких обществах вы живёте сегодня. Ведь уже сегодня за вами везде следят камеры и любой человек может вас сфотографировать и найти в социальных сетях, а я всего лишь предлагаю анонимную идентификацию ближнего действия (как номера для машин, которые видно только стоящим рядом). Уже сегодня можно сфабриковать обвинение и превратить человека в изгоя (лишить права заниматься кучей видов деятельности, распространить информацию как о уголовнике-рецидивисте). Уже сегодня человека могут лишить родительских прав и забрать детей. И всё это есть в самых что ни на есть свободных странах на планете, потому что эти практики не ведут к тоталитаризму, они лишь нужный обществу инструмент, да, в теории кто-то может попытаться воспользоваться этим против общества или индивида, но это не значит, что нужно запрещать инструмент, это решается другими механизмами. Да, в некоторых странах уголовный кодекс используется для борьбы с политически оппонентами, но это не значит, что надо отменять уголовный кодекс, а значит, что надо наводить порядок в системе его исполняющей.